Жители деревни Малый Висельтон по старинке называли этот дом "домом Реддлов", хотя семья Реддлов давно уже не жила здесь. Дом стоял на высоком холме лицом к деревне. Окна везде были заколочены, с крыши постепенно осыпалась черепица, а по фасаду буйно и беспрепятственно расползался плющ. Когда-то прекрасный особняк, размерами и великолепием превосходивший любое строение на многие мили вокруг, дом Реддлов был теперь заброшен и необитаем.

Малые висельтонцы сходились во мнении, что старый дом очень "зловещий". Полвека назад в нём случилось нечто странное и ужасное, нечто такое, о чём старожилы до сих пор любили порассуждать, когда иссякали другие темы для разговора. Историю пересказывали столь часто и снабдили её таким количеством подробностей, что никто уже не знал, что правда, а что нет. Однако, все версии начинались с одного и того же момента, а именно с прекрасного летнего утра пятьдесят лет назад, когда дом Реддлов ещё блистал внушительной и ухоженной красотой. В то утро служанка вошла в гостиную и обнаружила всех троих обитателей дома мёртвыми.

Служанка помчалась с холма, голося на всю округу.

- Лежат! Холодные как лёд! А глаза-то открытые! Как были - в вечерней одежде!

Вызвали полицию. В Малом Висельтоне бурлило потрясённое любопытство и плохо скрываемое возбуждение. Никто особо и не пытался притвориться, что сожалеет о случившемся с Реддлами - их не любили. Эти богачи, старый мистер Реддл с женой, отличались высокомерием и грубостью, а их взрослый сын, Том - и подавно. Жителей деревни волновало только одно - кто убийца. Ясно же, что три внешне вполне здоровых человека не могут дружно помереть своею смертью в одну ночь.

В тот вечер в "Весельчаке", деревенском пабе, не успевали принимать заказы; вся деревня пришла обсуждать убийство. Люди не пожалели, что покинули родные очаги: в середине вечера прибыла кухарка Реддлов и драматически объявила вдруг замолчавшему собранию, что арестовали Фрэнка Брайса.